Вот и первый пост с книжными впечатлениями в новом году! Пусть и опять с опозданием.
Первой прочитанной в новом году книгой у меня стал "Авиатор" Евгения Водолазкина.
Главный герой просыпается в больнице и ничего не помнит. В палате появялются только два человека: врач и медсестра. Постепенно память возвращяется к главному герою. И оказывается, что он очнулся в 1999 году после экспериментальной заморозки в 1930-х годах. Такая завязка у книги. Повествование построено на дневниковых записях главного героя Иннокентия Платонова. Во сторой части появляются дневниковые заметки доктора Гейгера и возлюбленной Иннокентия - Анастасии. Книга мне показалась очень скучной. Событий почти никаких не происходит, герой почти ничего не делает, а только вспоминает свою жизнь и рефлексирует. Может быть это такая задумка автора. В книге раскрывается несколько тем. Например, темы памяти, любви, справедливости. Не понравилось однобокое отношение к истории. Все большевики в книге ужасные и кровавые без объяснения причин. А царские времена - светлые и прекрасные. Слишком просто, мне кажется. Но, возможно, это связано с тем, что повествование ведётся от лица главного героя и у него сформировалось такое мировозрение вполне обоснованно.
А у вас какие книжные впечатления месяца?
Книги ноября-декабря 2025
Книги октября 2025
Книги сентября 2025
С.П. Королёв. Ученый. Инженер. Человек. Творческий портрет по воспоминаниям современников
Стал читать книгу “С.П. Королёв. Ученый. Инженер. Человек. Творческий портрет по воспоминаниям современников”, наткнувшись на цитату: "Если сделаешь очень быстро, но плохо, все очень скоро забудут, что ты сделал быстро, но очень долго будут ощущать и помнить, что сделал плохо. И наоборот, все очень скоро забудут, что ты делал долго, и никогда не забудут, что сделал хорошо».
Собственно, эта и еще пара цитат — все, что запомнилось из книги. А, еще (книга издана во второй половине 80-х) про Королева, который любит посидеть после работы с томиком Ленина в руках.
"Заступа: Все оттенки падали", Иван Белов
Набор историй про новгородского одиночку вурдалака, наемного защитника (заступника) людей от нечисти. Первую половину книги казалось — вот оно, теперь можно легко и интересно почитать восточнославянские легенды в современной адаптации. Но в итоге книга наскучила своим однообразием и повторяющимися сюжетами до той степени, что я начал видеть и цепляться за логические нестыковки сюжета (в фентези то).
Декорации сказки не вросли в землю, вторую-третью книги серии читать не стал.
«Город победы», Салман Рушди
«Будь это правдой или сплошь неправдой, мы предпочитаем верить правде хорошо рассказанной истории», — говорится в романе «Город победы» Салмана Рушди. И сам роман — как раз такая хорошо рассказанная история.
Он про выдуманный город и столицу империи в Индии в Средние века. От Индии здесь — яркая самобытность, калейдоскоп религий и древнейшая культура, вплетенная в сюжет бережно, без излишнего напряжения для меня, чуждого этой культуре читателя.
От Средних веков — познание мира через истории, путешествия и рассказы. Как говорил Роберт Оппенгеймер: «Информацию лучше всего пересылать в упаковке из одного человека». Вот в такой упаковке всё создается и передается. И — важная часть истории — умирают люди и города. Но слова всё же переживают всех и оказываются победителями.
Кстати, Оппенгеймер описывал первое испытание ядерной бомбой тоже цитатой из Бхагавадгиты: «Ярче тысячи солнц».
Мне понравилось. И, может быть, когда-нибудь я её перечитаю.
"Копия неверна", Татьяна Дыбовская.
Никуда от этого не убежать — книга Татьяны Дыбовской «Копия неверна» вызывает стойкие ассоциации с «Ночным дозором» Сергея Лукьяненко. Та же борьба с нечистой силой, скрывающейся в самой обычной Москве. Смотрим на происходящее изнутри, наблюдая за приключениями ведущей сотрудницы профильного управления.
Плохая новость: много проблем с логикой. Например, поначалу упоминается строгий протокол, требующий допроса нечисти даже в здании управления минимум в присутствии двух сотрудников. А затем на предполагаемое задержание героиня отправляется только с научным сотрудником (не боевой единицей). Еще и мирного сантехника туда потащила, а тот и пошел! В субботу!
Слегка удивляет бесконечно мудрое начальство и вообще идеализированная картина ведомства — этакие рыцари без страха и упрека.
О хорошем: для меня книга стала редким page-turner’ом, читать увлекательно. Точно буду ждать продолжения.
"Метод Джакарта", Винсент Бевинс
«Международная панорама» советского телевидения во многом была права — политика США в отношении стран третьего мира была (и есть) далека от декларируемых демократических принципов. Как это было на самом деле, описывает Винсент Бевинс в книге «Метод “Джакарта”. Антикоммунистический террор США, изменивший мир».
Во время холодной войны США поддерживали — деньгами, информацией, обучением — местные правые и ультраправые элиты (чаще всего военных), чтобы те могли всеми силами, включая насилие и террор, бороться с левыми движениями внутри своих стран. А затем — и с соседними странами. Результаты такой поддержки — военные перевороты и захват власти в Азии, Латинской Америке, Африке.
После переворотов наступало время террора против собственного населения. Цель: уничтожить лидеров и запугать остальных. Если при этом «летят щепки» — так даже лучше. Главное, не слишком афишировать роль американских партнеров. Индонезия не была первой такой страной, но стала одной из самых крупных и успешных для США в плане итогов.
Вслед за переворотами приходит бизнес. И у марионеточных олигархий в странах кланового капитализма появляется шанс превратиться в настоящие олигархии. Это будет даже лучше диктатуры. И, конечно же, в таких странах будет утверждаться, что желать большего — преступление. Но есть потолок, который не удалось еще пробить почти ни одной стране третьего мира. Исключения — Корея и Тайвань, потому что так было нужно США.
Еще одно последствие — радикализация коммунизма. Это можно сравнить с бактериями после антибиотиков: выживает агрессивное меньшинство, и там, где оно получает власть, возникает еще больший террор, просто с другим знаком. Пример — красные кхмеры в Камбодже.
При этом коммунизм в самой Европе воспринимается гораздо спокойнее. Потому что мир до сих пор остается колониальным по своей сути, и сформирован он насилием.
"Странные игры", Майк Омер
Книга Майка Омера «Странные игры» — хороший, качественный триллер. Замкнутое, почти герметичное коммьюнити небольшого американского городка. Время действия современное: жители до сих пор не отошли от изоляции пандемии и активно обсуждают локальные новости в соцсетях.
Главная героиня — Робин, детский психотерапевт. Чувствуется, как аккуратно и бережно автор подошел к описанию нюансов ее работы. Мама Робин, эгоистичный манипулятор — просто песня, а не персонаж. Кажется, запомнится надолго. Вообще все женские персонажи в книге хороши.
А вот с мужчинами грустнее — какие-то они почти все блеклые, похожие друг на друга.
Достойно прочтения. На автора можно обратить внимание и почитать у него что-то еще.
«Волчье время», Харальд Йенер.
Книга Харальда Йенера «Волчье время» сумела меня удивить. Не ожидал, что сложится картина нации, буквально одномоментно очнувшейся от национал-социализма, словно от наркоза. «Гитлер вероломно использовал в своих целях немецкую способность воодушевляться», — говорили немцы.
И они сумели простить себе все преступления. А там, где простить было трудно — как с Холокостом, — просто делали вид, что не понимают, о чем идет речь. Нюрнбергский процесс был куда более интересен всему миру, чем самим немцам. «Не проще ли сразу повесить эти двадцать человек?» — спрашивали они. Лишь следующее поколение, конца 60-х годов, отрефлексирует это и обвинит родителей в пособничестве нацизму.
А пока слово «нация» утратило значение. Оказалось, что навязанный союз этносов тоже был следствием опьянения общей идеей. Теперь же посыпалась, мягко говоря, нелюбовь: к «полякам», богемским и бессарабским немцам, швабам, силезцам и померанцам — потому что другие обычаи, обряды, диалекты.
Неприязнь, отчуждение и насилие были во всем: женщин — к мужчинам, богатых — к бедным, деревенских — к городским, местных — к переселенцам. Грабежи, убийства, мошенничество, тотальное воровство. Но при этом работали и пользовались огромной популярностью кинотеатры, кафе и клубы.
Вторым шоком стала денежная реформа 1948 года — перезагрузка экономики и отношений, возвращение всех на поле «Старт» в игре «Монополия» с 60 марками в кармане. С этого момента, при финансовой поддержке США, Германия начала становиться такой, какой мы ее знаем.
В итоге это поколение оказалось одним из самых добропорядочных и «посредственных» в истории.